Удивительное путешествие на окраину Швеции в Украине

старошведское украина змиевка

Старошведское. На заднем плане Днепр и церковь с башнями и куполом. Фото: Торбьорн Иварссон

В 100 км от Черного моря расположено небольшое село Старошведское (ныне часть села Змиевка Херсонской области), где с 1781 года живут шведы. Не только живут, но и бережно хранят традиции, веру, язык, музыку. Несколько лет назад центр шведских исследований народной музыки и джаза Svenskt Visarkiv посетил уникальное место, чтобы поближе познакомиться с жизнью и историей шведов в Украине.

Публикуем перевод статьи Йонаса Нюберга, редактора Шведского союза профессиональных музыкантов в Стокгольме, о судьбах и истории поселения.

Начало пути

В старой шведской деревне на берегу Днепра в 2012 году оставались всего восемь женщин, для которых шведский являлся родным языком. Они говорили на особом диалекте, распространенном на эстонском острове Хийумаа (Даго) в 1700-х годах. Эти женщины — последние носители национальной культуры, чудом сохранявшейся почти 240 лет — с момента, когда шведы впервые оказались на этих землях.

В 1781 году Екатерина II депортировала шведов Хийумаа на юг Украины — после Северной войны между Швецией и Россией Эстония в 1721 году была включена в состав Российской империи. На берегу Днепра эти люди обрели новый дом.

Около 1000 жителей Хийумаа отправились в поход осенью 1781, взяв с собой скудные пожитки и главные богатства — шведский язык и лютеранскую веру. Дорога проходила через Псков, Москву и Курск и заняла долгих девять месяцев. Когда поселенцы прибыли на место, их количество сократилось вдвое. Затем была суровая украинская зима, попытки обустроить быт, болезни. Еще через год количество поселенцев сократилось до 135.

Шведская кирха, ныне используемая как православная церковь. Фото: Википедия

Язык и традиции

Несмотря на катастрофическую смертность, шведы строили дома, возделывали земли, заводили семьи и сохраняли свои традиции. Вокруг Старошведского были построены три немецких деревни, соседи подальше были преимущественно русскими или украинцами.

Лютеранская вера стала естественным общим знаменателем для жителей Старошведского, поэтому пение церковных хоралов занимало важное и естественное место в их повседневной жизни. Сохранить веру шведы могли лишь собственными усилиями — в деревне долгое время не было священника.

старошведское украина змиивка

Село расположено на берегу Днепра. Фото: Торбьорн Иварссон

В то же время сельчанам требовалось больше языков. Немецкий они использовали в контактах с соседними деревнями. Русский был официальным как в царские времена, так и в советские. Украинский в то время использовался для коммуникаций с купцами и дальними соседями. Эти четыре языка были освоены большинством жителей шведской деревни.

Богослужения в церкви проводились на национальном шведском языке или на высоком шведском, как его до сих пор называют в деревне. Их диалект считался архаичным даже во время исхода из Эстонии. Тут стоит сказать, что шведоязычное население проживало на острове Хийумаа со времен средневековья. Язык, который они принесли с собой в Украину, имел более сильные черты древнего шведского, чем язык, на котором говорили на материковой части Швеции в 1700-х годах.

Жизнь в изоляции

На протяжении многих лет жители Старошведского в значительной степени были изолированы от Швеции. Ситуация изменилась только в 1880-х годах, когда в результате сбора средств в деревне построили кирху с башней и луковичным куполом. (С 1989 года церковь используется как для православных, так и для лютеранских служб.)

После революции 1917 года Старошведское, как и всю Украину, накрыл голод. Жителями села было потрачено много сил, чтобы получить разрешение эмигрировать в Швецию. Это удалось только в 1929: под защитой Красного Креста 885 жителей покинули Советский Союз. В деревне решили остаться немногие.

старошведское украина змиивка

Зажиточными жителей Старошведского не назовешь. Фото: Йонас Нюберг

Депрессия и безработица

Новость о том, что шведы, наконец, смогут вернуться домой через 150 лет жизни в Украине, привлекла большое внимание шведских СМИ. Об этих «экзотических» людях считало нужным написать каждое издание. Этнологи облизывались и с нетерпением ждали встречи с кусочком нетронутой истории и культуры, неизменной с 1700-х годов.

Однако для простых людей дела обстояли не так радужно. На тот момент Швеция прибывала в экономической депрессии. Страну охватила волна безработицы. Теплые открытые объятия, которые должны были принять вернувшихся домой, на деле оказались прохладными. Власти основали для новоприбывших лагерь в городе Йёнчёпинг.

Многие вернулись в Украину

Что случилось со всеми этими шведскими сельчанами? С их фамилиями, родившимися на эстонском острове? Со всеми Utas, Annas, Hoas, Malmas и Knutas? Несколько сотен пересекли Атлантику в поисках лучшей жизни. Многие из пожилых людей оказались в домах престарелых на острове Готланд. Совсем немногим удалось обосноваться в Швеции, но почти половина эмигрантов в последующие годы вернулась в Украину.

История Катарины Утас

Катарина Утас. Фото: https://musikverket.se/

Одной из самых ярких представительниц «украинских шведов» была певица Катарина Утас. Ее репертуар состоял из десятков чудом сохранившихся уникальных народных хоралов. Катарина родилась в 1854 году и прибыла в Швецию в возрасте 75 лет.

Когда она была маленькой девочкой, мать и бабушка обучили ее старым народным песням, оказавшимся настоящим сокровищем. Ее музыкальное наследие живет до сих пор. Сама Утас вскоре после прибытия в Швецию эмигрировала в Канаду и умерла через несколько лет.

Восемь женщин из Старошведского

старошведское украина змиивка

Слева направо: Эмма Утас, Эльза Козенко-Утас, Мария Мальмас и Лидия Утас. Фото: Торбьорн Иварссон

В 2012 году в Старошведском оставалось всего восемь пожилых местных жительниц, для которых шведский являлся родным языком. Всем им на тот момент было за восемьдесят. Делегация Центра шведской народной музыки Svenskt Visarkiv посетила деревню летом 2012.

Их основной задачей было узнать, что осталось от шведских традиций, языка и музыки в этом уголке Украины. К поездке присоединились музыканты Лена Виллемарк и эстонская шведка София Джунс. У обеих в репертуаре есть произведения Катарины Утас.

Женщины рассказывают свои истории

Приехать в старую шведскую деревню — все равно что попасть в другой мир. Самая старая деревенская улица больше похожа на высохшее русло реки — она никогда не видела асфальта. У домов вдоль дороги красивые разноцветные ворота, но их величие — иллюзия. За забором и воротами скрывается бедность.

Типичные деревенские ворота с красивыми деталями из кованого железа и яркими цветами. Фото: Торбьорн Иварссон

Эльза Козенко-Утас

Эльза Козенко-Утас встречает нас возле своего бирюзового дома под виноградными лозами, образующими крышу над входом. Она говорит на все том же архаичном шведском языке, но мы понимаем почти все. Эльза родилась в Швеции в 1931. Она приехала в деревню, когда семья вернулась обратно после неудачных попыток обосноваться на исторической родине.

Эльза рассказывает о страшном голоде тридцатых. О том, как всю семью вынудили уехать в Германию во время Второй мировой и как после не разрешили вернуться домой. Людей сослали в трудовые лагеря Коми, к западу от Урала, в районы вечной мерзлоты. Когда они вернулись в деревню в 1947, многие дома были разрушены. Засуха и неурожай длились несколько лет.

Эльза говорит ровным голосом, ее глаза сияют. Через некоторое время в дом заходит ее сестра Эмма. Она глубоко религиозна и помогает старшей сестре рассказывать истории. Лена Виллемарк исполняет хорал в честь Катарины Утас. На мгновение в маленькой комнате все замирает. Через некоторое время Эльза начинает искать в своем песеннике слова, которые поет Лена, и внимательно следит за ними.

Эльза Козенко-Утас и Лена Виллемарк читают тексты песен. Фото: Йонас Нюберг

Лидия и Милита

В деревенском доме престарелых мы встречаемся с Лидией, 1933 года рождения, и Милитой, 1926 года рождения. Они рассказывают о войне, голоде, депортации на Урал. Когда семья Милиты вернулась в свой дом после войны, он уже был заселен. В нем жили русские, которые отказались переезжать.

В конце концов семье пришлось выкупить собственный дом. Стоимость его была вычтена из заработной платы в колхозе. Чуть позже мы снова встречаемся с Лидией, и она поет песни на немецком, шведском и русском языках.

Мария Норберг

Мы посещаем Марию Норберг, встречаемся с ее дочерью Марией и ее двоюродной сестрой Анной. Обеим женщинам за 40, они изучают шведский язык два раза в неделю в деревенской школе. Мы говорим по-шведски, они стесняются. Все женщины поют в деревенском хоре. Мария Норберг исполняет несколько песен на немецком. У нее, несмотря на 81 год, устойчивый голос с глубоким и ярким звучанием.

Объявлены фашистами

За четыре дня в деревне делегация посетила всех, кто говорил на старошведском. Странно и больно было осознавать тот факт, что их язык исчезнет вместе с ними, ведь он давно пребывает в тени.

Кроме того, немаловажную роль сыграл тот факт, что после Второй мировой войны было невозможно говорить по-шведски открыто. Сходство с немецким привело к тому, что людей часто идентифицировали как фашистов.

Считают себя шведами

Потомки шведов в деревне считают себя шведами. Независимо от того, является ли шведский их родным языком или нет. У них украинское гражданство, они говорят на украинском и русском. Пожилые знают немецкий.

Не менее удивителен и тот факт, что предки этих людей, даже далекие, никогда не жили в Швеции, а пришли на эти земли из эстонского Хийумаа, в момент депортации находившегося под российской оккупацией.

В домах людей мы встречаем шведские журналы, шведские флаги и фотографии шведской королевской семьи. Сегодня связь со Швецией в основном осуществляется посредством писем либо коротких визитов к семьям, сумевшим укорениться на исторической родине после возврата в 1929. (Кстати, в 2008 году в Старошведском побывал сам Король Швеции Карл XVI. Прим. ред.)

Хоралы снова возвращаются домой

София Джунс играет на струнной арфе во время службы в немецкой церкви в соседней деревне Шлангендорф. Фото: Торбьорн Иварссон

Перед отъездом из Старошведского делегации удалось посетить две церковные службы. Одну — в немецкой церкви соседней деревни Шлангендорф, другую — в шведской. В немецкой богослужение проводилось на украинском, немецком и шведском.

Лена Виллемарк и София Джунс исполнили хоралы, которые пели в шведской деревне два столетия назад. Их, наверное, не слышали здесь больше восьмидесяти лет. В этот момент у всех присутсвующих захватывает дух, и в тишине блестят слезы. Прекрасное и деликатное ощущение того, что строки и мелодии, мигрировавшие с острова Хийумаа в 1700-х на равнины Днепра, вернулись снова.

Это наследие обязательно будет сохранено для будущих поколений. Равно, как и тепло, гостеприимство и огромная жизненная сила, прекрасных людей, живущих на стыке времен и традиций.

Йонас Нюберг, редактор Шведского союза профессиональных музыкантов в Стокгольме, музыкант оркестра народной музыки Södra Bergen Balalaikor

Поделиться: